Warning: The magic method Vc_Manager::__wakeup() must have public visibility in /var/www/u0669945/data/www/blf-partners.ru/wp-content/plugins/js_composer_salient/include/classes/core/class-vc-manager.php on line 205

Warning: session_start(): Session cannot be started after headers have already been sent in /var/www/u0669945/data/www/blf-partners.ru/wp-content/plugins/arscode-ninja-popups/arscode-ninja-popups.php on line 2171
Юрист BLF Partners Донатас Рукасуев прокомментировал для probankrotstvo.ru вопрос о возможности возникновения двойного взыскания у КДЛ в случае одновременного возложения на него обязанности вернуть незаконно полученное по сделке с должником, признанной судом недействительной — BLF PARTNERS
Пресс-центр

Юрист BLF Partners Донатас Рукасуев прокомментировал для probankrotstvo.ru вопрос о возможности возникновения двойного взыскания у КДЛ в случае одновременного возложения на него обязанности вернуть незаконно полученное по сделке с должником, признанной судом недействительной

By 03.12.202220 декабря, 2022Нет комментариев

Несмотря на активное развитие и совершенствование института субсидиарной ответственности КДЛ в последние годы, многие его аспекты нуждаются в разъяснении.

Одним из таких аспектов является вопрос о возможности возникновения двойного взыскания у КДЛ в случае одновременного возложения на него обязанности вернуть незаконно полученное по сделке с должником, признанной судом недействительной.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является одним из наиболее эффективных способов пополнения конкурсной массы должника. При этом кредиторы практически всегда наряду с привлечением к субсидиарной ответственности используют иные способы защиты своих прав, в т. ч. заявляют требования о признании сделок должника недействительными.

В связи с этим одним из актуальных направлений развития правоприменительной практики является вопрос о соотношении требований кредиторов о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности с иными способами защиты прав. В частности, особый интерес вызывает допустимость привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности при наличии в отношении этих же лиц вступивших в законную силу судебных актов о признании сделок недействительными.  

В настоящее время до сих пор не сложилась устоявшаяся правоприменительная практика по данному вопросу. Некоторые суды полагают, что одновременное применение двух этих способов защиты приводит к двойному взысканию (двойной ответственности) у контролирующих должника лиц и отказывают в удовлетворении одного из требований.

Так, например, в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 21.03.2019  № Ф05-6095/2018 по делу № А40-172410/2016 указано следующее: 

«Таким образом, сумма задолженности была взыскана с Коробкова М. А. в качестве последствий недействительности сделки.

Привлечение же Коробкова М. А. к субсидиарной ответственности повлечет за собой двойную ответственность за одно и то же правонарушение, установленную вступившим в законную силу судебным актом, что недопустимо в силу положений действующего законодательства».

Аналогичная позиция содержится также в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 22.04.2021 № Ф05-4251/2019 по делу № А40-191012/2017.

При этом данная позиция противоречит позиции СКЭС ВС РФ, изложенной в Определении № 305-ЭС15-14221 от 17.08.2017 по делу № А41-13385/2014.

Проанализировав позиции СКЭС ВС РФ и судов нижестоящих инстанций по этому вопросу, мы предлагаем обоснование допустимости привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности при наличии в отношении этих же лиц вступивших в законную силу судебных актов о признании сделок недействительными. 

1. Требование о применении последствий недействительной сделки (возврат полученного по сделке в конкурсную массу) и требование о привлечении к субсидиарной ответственности имеют разную правовую природу.

В отечественной правовой доктрине наиболее распространенным является подход, согласно которому субсидиарная ответственность контролирующего должника лица имеет деликтную природу. Аналогичный вывод содержится в пп. 2, 6, 22 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2017 № 53, а также в многочисленных судебных актах СКЭС ВС РФ.

Так, например, в Определении СК ЭС ВС РФ № 303-ЭС19-15056 от 16.12.2019 по делу № А04-7886/2016 отмечено, что субсидиарная ответственность по обязательствам должника (несостоятельного лица) является разновидностью гражданско-правовой ответственности и наступает в связи с причинением вреда имущественным правам кредиторов подконтрольного лица.

В то же время признание сделки недействительной и применение последствий ее недействительности по основаниям, установленным в ст. 61.2 и ст. 61.3 закона о банкротстве, в отличие от привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности, не являются мерой гражданско-правовой ответственности, а направлены лишь на приведение сторон в первоначальное положение, то есть имеют иную (кондикционную) правовую природу (Определение СКЭС ВС РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2, 3) по делу № А22-941/2006).

Идея о том, что применение последствий недействительной сделки (возврат полученного по сделке в конкурсную массу должника) имеет кондикционную природу и направлено на приведение сторон в первоначальное положение, а привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является разновидностью гражданско-правовой ответственности (имеет деликтную природу), воспринята так же судами нижестоящих инстанций.

Так, например, в Постановлении АС Уральского округа № Ф09-9335/21 от 16.03.2022 по делу № А47-6983/2019 отмечено:

«В свою очередь то, что заявитель кассационной жалобы называет убытками вследствие признания сделок недействительными, представляет собой соответствующее последствие недействительности – реституцию.

Вопреки мнению заявителя кассационной жалобы, применение последствий недействительности сделки имеет иную правовую природу, нежели субсидиарная ответственность контролирующего должника лица.

Необходимо понимать, что экономическая природа недействительной сделки как противоречия в цепочке торговых гражданско-правовых операций обусловливает единственный закономерно возможный способ собственного устранения – восстановления положения, существовавшего до совершения сделки, полного аннулирования и устранения ее последствий имущественного характера.

В этой связи реституция выступает способом защиты прав участников недействительной сделки.

Следовательно, не исключается возможность привлечения контролирующего должника лица к ответственности и при применении последствий недействительности сделок, в результате совершения которых причинен вред имущественным правам кредиторов должника».

Аналогичная позиция содержится, например, в Постановлении Семнадцатого ААС  № 17АП-14147/2015 (55, 56)-АК от 19.07.2022 по делу № А50-5271/2015.

Признание сделок недействительными и применение последствий их недействительности не освобождают контролирующих должника лиц от субсидиарной ответственности за доведение юридического лица до банкротства

При этом на необходимость определения правовой природы каждого требования в случае конкуренции требований о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности и иного требования к контролирующему должнику лицу (в данном случае вопрос касался возмещения ущерба, причиненного преступлением) было обращено внимание в Определении СК ЭС ВС РФ от 03.07.2020 № 305-ЭС19-17007(2) по делу № А40-203647/2015. Так, например, поскольку требования о привлечении к субсидиарной ответственности и требования о возмещении ущерба, причиненного преступлением, имеют одинаковую (тождественную) деликтную природу, то более позднее требование не подлежит удовлетворению, т. к. предмет и основание данных требований совпадают. 

2. Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности возможно при одновременном применении в отношении этих же лиц последствий недействительности сделки (возврат полученного по сделке в конкурсную массу).

Признание сделок недействительными и применение последствий их недействительности не освобождают контролирующих должника лиц от субсидиарной ответственности за доведение юридического лица до банкротства, поскольку предмет и основание предъявленного требования о привлечении к субсидиарной ответственности и требований, рассматриваемых в рамках споров о признании недействительными сделок, различаются.

Данная позиция сформулирована еще в Определении СК ЭС ВС РФ № 305-ЭС15-14221 от 17.08.2017 по делу № А41-13385/2014 (о банкротстве ООО «Истринское ДРСУ»):

«Вопреки возражениям заявителя, не исключается возможность привлечения руководителя должника к ответственности и при применении последствий недействительности сделок, в результате совершения которых причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

Факт удовлетворения требований кредиторов за счет реализации возвращенного в конкурсную массу имущества, на который ссылается заявитель, подлежит учету при определении размера субсидиарной ответственности Жидко Н. В.». 

Более того, указанная позиция СК ЭС ВС РФ воспринята в многочисленных судебных актах нижестоящих судов. В Постановлении АС Московского округа № Ф05-7189/2021 от 24.02.2022 по делу № А40-277413/2018 отмечено:

«Таким образом, взыскание денежных средств, применяемое в качестве последствий недействительности сделок, направлено на приведение сторон в первоначальное положение и не препятствует привлечению контролирующего лица к субсидиарной ответственности». 

Аналогичная позиция сформулирована также в Постановлении АС Московского округа № Ф05-21636/2017 от 24.05.2021 по делу № А41-70411/2016; Постановлении АС Московского округа № Ф05-10771/2017 от 08.09.2020 по делу № А40-183194/2015; Постановлении АС Уральского округа № Ф09-9335/21 от 16.03.2022 по делу № А47-6983/2019; Постановлении Девятого ААС № 09АП-40886/2020 от 12.10.2020 по делу № А40-47847/2017; Постановлении Девятого ААС № 09АП-31238/2018 от 18.08.2018 по делу № А40-22965/2016 и др.

В аналогичных спорах суды также приходят к выводу об отсутствии двойного взыскания в случае, если конкурирующие между собой требования имеют разную правовую природу.

Так, например, суды удовлетворяют оба конкурирующих между собой требования в спорах о привлечении к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника, при наличии задолженности по поручительству, включенной в реестр требований кредиторов должника. Так, например, в Определении СКЭС ВС РФ № 308-ЭС17-15907 (7) от 27.12.2021 по делу № А53-1203/2016:

«Таким образом, в ситуации, когда исполнение обязательств должника перед кредитором обеспечено поручительством лица, являющегося одновременно контролирующим основного должника лицом, наличие судебного решения о взыскании с такого лица задолженности по договору поручительства само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности в качестве контролирующего должника лица».

Аналогичная позиция содержится в Определении СКЭС ВС РФ № 306-ЭС20-20721 (6) от 16.03.2022 по делу № А65-19352/2018.

Таким же образом данный вопрос был разрешен в АС Уральского округа. Согласно п. 4 Рекомендаций НКС при АС Уральского округа «Вопросы применения законодательства о несостоятельности (банкротстве)» (по итогам заседания, состоявшегося 10–11.10.2019 в г. Екатеринбурге) в ситуации, когда исполнение обязательств должника перед кредитором обеспечено поручительством лица, являющегося одновременно контролирующим основного должника лицом, наличие судебного решения о взыскании с такого лица задолженности по договору поручительства само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности в качестве контролирующего должника лица.

В этом случае в целях недопущения двойного фактического взыскания одной и той же суммы в судебном акте о привлечении к субсидиарной ответственности должно быть указано на известное суду судебное решение о взыскании с данного лица денежных средств как с поручителя: погашение им задолженности по договору поручительства влечет уменьшение объема субсидиарной ответственности и, как следствие, размера подлежащей фактическому взысканию по соответствующему судебному акту суммы.

Определенную трудность вызывает вопрос исполнения судебных актов о привлечении к субсидиарной ответственности и применении последствий недействительности сделки, заключенной между должником и контролирующим его лицом

На необходимость определения правовой природы конкурирующих требований указывают суды и в спорах о взыскании убытков с единоличного исполнительного органа юридического лица при наличии судебных актов о признании сделок, заключенных единоличным исполнительным органом юридического лица, недействительными (см. например, Постановление АС Дальневосточного округа № Ф03-2386/2022 от 31.05.2022 по делу № А73-13509/2019).

3. Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности при наличии судебных актов о признании в отношении данных лиц сделок недействительными (применение последствий недействительности – возврат полученного по сделке) не образует двойного взыскания.

Определенную трудность вызывает вопрос исполнения судебных актов о привлечении к субсидиарной ответственности и применении последствий недействительности сделки, заключенной между должником и контролирующим его лицом. Как уже отмечалось, некоторые суды отказывают в одновременном применении этих способов защиты права кредиторов, т. к. полагают, что одновременное применение двух средств защиты может привести к неосновательному обогащению на стороне взыскателя.

В самом общем виде данный вопрос был разрешен в абз. 5 п. 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»», в котором разъясняется вопрос об исполнении двух конкурирующих между собой судебных актов. Так, в случае исполнения одного из конкурирующих судебных актов исполнительное производство по второму судебному акту оканчивается судебным приставом-исполнителем в порядке ст. 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве». Если будут исполнены оба судебных акта, то по позднее исполненному осуществляется поворот исполнения в порядке ст. 325 АПК РФ.

Разъяснения, изложенные в абз. 5 п. 16 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 от 23.12.2010, применяются судами по аналогии в случаях конкуренции судебных актов о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и наличии в отношении этих же лиц судебных актов о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности этих сделок в виде возврата полученного по ним в конкурсную массу, поскольку разрешают вопрос об исполнении конкурирующих между собой судебных актов.

Так, например, в Постановлении Седьмого ААС № 07АП-7371/2019 (5) от 24.05.2021 по делу № А27-18085/2018:

«Возможность привлечения руководителя должника к ответственности и при применении последствий недействительности сделок, в результате совершения которых причинен вред имущественным правам кредиторов должника не исключается, что следует из п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 от 30.07.2013 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица». Денежные средства по реституционным требованиям в конкурсную массу в полном объеме не поступили.

Кроме того, при наличии двух судебных актов необходимо учитывать следующее, если будет исполнен первый судебный акт, в результате чего вред должнику будет фактически возмещен путем возврата в конкурсную массу должника денежных средств, то исполнительное производство по второму судебному акту оканчивается судебным приставом-исполнителем в порядке ст. 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» [абзац пятый пункта 16 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»]».

Аналогичная позиция содержится в Постановлении Восьмого ААС № 08АП-10762/2018 от 13.10.2018 по делу № А75-2595/2016.

Таким образом, при одновременном наличии двух судебных актов о применении последствий недействительности сделки и привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц двойное взыскание («двойная ответственность») не возникает, т. к. при исполнении одного судебного акта исполнительное производство по второму прекращается в силу ст. 47 ФЗ об «Об исполнительном производстве».

Донатас Рукасуев

юрист Юридическая компания «BLF Partners»

Источник https://probankrotstvo.ru/articles/mozno-li-privlec-k-subsidiarke-kdl-s-priznannymi-nedeistvitelnymi-sdelkami-1368

Оставьте свой контакт и получите консультацию от специалиста
Success
Нажимая «Отправить» Вы подтверждаете, что ознакомились и согласны с «Политикой обработки персональных данных».
Оставьте свой контакт и получите консультацию от специалиста
Нажимая «Отправить» Вы подтверждаете, что ознакомились и согласны с «Политикой обработки персональных данных».
If you have any questions, please leave your contact details below. We will contact you as soon as possible
Success
By clicking "Submit" you confirm that you have read and agree to «Personal data processing policy».
If you have any questions, please leave your contact details below. We will contact you as soon as possible
By clicking "Submit" you confirm that you have read and agree to «Personal data processing policy».